«Дышим плесенью, от которой дохнут крысы». Казанцы страдают от последствий потопа

Служба новостей Автор статьи

Так как на улице уже устоялась зимняя погода, проводить рубрику “Худшие дворы Казани” стало просто бессмысленно - грязь имеет свойство замерзать, а плохие дороги присыпаются снегом каждый день. Мы решили отойти от темы улиц и заглянули в сами дома. Сегодня мы отправились в дом по адресу 33-й Военный городок, 5.

Председатель совета многоквартирного дома Александра Шустова разводит руками: их дом буквально разваливается с самого своего фундамента. Долгое время в подвале работала насквозь проржавевшая канализация.

- Все сочилось из труб, стояла невозможная вонь, - рассказывает Александра Шустова. - Я зажимала нос, чтобы пройти по подъезду, иначе доходило до тошноты. На каждом этаже у нас заколочены окна, и мы даже не можем открыть, чтобы проветрить!

Дом 83-го года ни разу не ремонтировался. Всего за год жалоб жильцов и ответов чиновников накопилось на три папки. Лишь в октябре жильцы дома добились замены канализационных труб. Теперь в подвале хотя бы не фонтанируют фекалии.

- Мы просили, чтобы нам сделали капитальный ремонт. Долгое время домом никто не занимался, начались проблемы с фундаментом. Многоэтажка буквально подкашивается.

Кроме этого, в жилом доме есть два нежилых помещения. Бывший подростковый клуб и УФСИН, долгое время здесь располагавшиеся, находятся на первом этаже здания. Канализация заливала и это помещение, где лежит линолеум, а пол деревянный. В результате сырость, которая под линолеумом высохнуть не может, привела к распространению плесени.

- Представляете, мы дышим всей этой затхлостью! Здесь даже крысы дохнут, жить невозможно, а мы живем!

Как ни добиваются жильцы ответа на вопрос, когда же наконец их дом включат в программу капитального ремонта, они получают один ответ: капитальный ремонт в доме не запланирован.

- Мы спрашиваем, ну скажите, когда! Мы уже даже не надеемся, что это произойдет скоро, а нам дают одни отписки. Никакой конкретики! Это наше единственное жилье, если оно пропадет, что будет с нами?