Большое интервью Минниханова. О погибшем сыне, пенсионной реформе и любимой еде

25.09.2018, 13:42 , Служба новостей

Президент Татарстана Рустам Минниханов дал откровенное интервью, оно было опубликовано на сайте "Русский репортер".

О перспективах в жизни

— А в чем она эта перспектива для простого человека?

— В том, чтобы работа была, чтобы все условия для жизни были, чтобы мог куда-то сходить, заниматься спортом, познакомиться с красивой девушкой.

— А вы сами за время своей президентской работы когда-нибудь чувствовали, что у вас нет перспективы?

— Перспектива всегда есть.

— И ее всегда можно увидеть?

— Если ты живой, значит, у тебя есть перспектива двигаться дальше.

— А если там — тупик?

— Тупиков не бывает. Просто все надо пережить. Надо пережить этот период жизни или эту ситуацию. Ну, ты же — живой, а если живой, ты можешь что-то делать. Ты можешь думать.

— Не всегда люди могут.

— Почему? Какая ситуация, в которой нет перспективы?

— Потеря… Кого-то любимого. Отсутствие смысла жизни и надежды.

— Это бывает. Но и это надо пережить. Вот у меня сын старший. Тоже отучился, женился, но так получилось, что здесь в Казани — авария, авиационная катастрофа (сын президента Республики Татарстан Ирек Минниханов погиб в ноябре 2013 года в катастрофе Боинга-737 — «РР»). Его не стало. Это, конечно, потеря очень большая. Она — не бесследная. Но все равно надо дальше двигаться, жить.

— Но ведь есть в жизни человека обстоятельства, которые отягощают его навсегда. И эта тягость мешает ему также легко радоваться тому, чему радуются другие?

— Я думаю, что это больше от характера человека зависит, есть люди, которые более эмоционально все воспринимают. Но потерю надо помнить. От нее никуда не денешься. Но те потери, которые у тебя в жизни были, те ошибки, которые ты совершаешь, не должны довлеть над тобой. Ты не должен об этом думать. Но потерю надо помнить, конечно.

Про патриотизм

— Значит, вы – патриот?

— И вы – патриотка. И все люди – патриоты.

— Но только многие болтают о патриотизме, а возможности его выразить поступками у них нет. Особенно у простых людей, образ жизни которых не предполагает патриотических поступков. А вы почему патриот?

— Я не знаю. Меня так воспитывали. Меня так воспитывали родители. Меня так воспитывали в школе. Меня так воспитывали в вузе. Меня так воспитывали старшие товарищи, когда я пошел на работу.

— Значит патриотизм в том, что человек любит родину и будет ее защищать?

— А что вы имеете в виду?

— Сейчас сложно обозначить словами, что такое патриотизм.

— Нет, не сложно. Это надо четко обозначать.

— Тогда обозначьте.

— Я за сильную Россию. Она — моя страна. Я за сильный Татарстан. Я за сильную семью. Вот поэтому я патриот.

Про пенсионную реформу

— Пенсионная реформа — неизбежный шаг. Мы этот путь все равно должны пройти, нравится он нам или не нравится.

— Интересно, а прогрессивный налог когда-нибудь станет нашим неизбежным шагом?

— Когда-нибудь станет. Я, как финансист, могу сказать: когда была прогрессивная шкала, мы намного меньше собирали подоходного налога. Сегодня мы благодаря ему больше денег не соберем. Но когда уже станем другими — лет черед десять-пятнадцать – его надо будет вводить обязательно.

— Другими – это какими?

— Ну, людьми другой формации, людьми с другими мозгами. Мы жили в социализме, потом в беспределе. А новое поколение уже будет понимать, что какие-то схемы — это плохо.

Про лес и еду

— Вы в деревне родились?

— Я в лесу родился.

— И что вы помните – о лесе?

— Вот интересный вы человек! Я всю жизнь жил на лесном кордоне. Мой отец – лесник. Мой брат и я – мы не в больнице родились, а на кордоне.

— И там густой лес?

— Лесной поселок.

— И животные?

— Все.

— И лес вас не пугал в детстве?

— Ничего не пугал! Это среда обитания наша. Я и сейчас лес люблю. Лес – хвойный, лиственный. Мой отец – профессиональный лесник. Мой братишка – профессиональный лесник. Я люблю природу. С лесом намного лучше, чем без леса. Вы представляете себе такое – чтобы леса не было?

[...]

— Я с удовольствием приезжаю домой. Мама уже не может готовить, она уже немножко в возрасте. Мне очень нравится еда, которую я в детстве кушал. Обычный суп из полбы, мясо, картошка – все то, что дома готовят, своя еда.

— Глупо, наверное, одушевлять лес?

— Я не такой творческий человек, чтобы его одушевлять. Но вот как вы в рестораны отдыхать ходите, там мы ходим в лес, ягоды собираем, отдыхаем. Лес – один летом, другой – зимой.

— А что главного вам отец передал о лесе?

— Тоже словами не могу выразить. Любовь к лесу. Я – сын лесника. Я к лесу отношусь, как к среде, которая очень для меня комфортна.

Про зарплаты

— Мой вопрос о бедности должен был объяснить – имеете ли вы такой собственный опыт, чтобы почувствовать и понять людей, живущих за чертой бедности.

— Говорите-говорите, я сейчас тоже скажу. А мне есть что сказать. Только это может вам не понравиться. Что такое бедный человек? Ну, что такое? Если у человека есть две руки, две ноги, какой он может быть бедный человек.

— Он может быть матерью-одиночкой или мужчиной за пятьдесят, которого сократили и не берут по возрасту на другую работу.

— Вот сегодня, пожалуйста – дворников и вахтеров нет, грузчиков нет. Никто не хочет работать. Люди хотят, чтобы им выдавали зарплату только за то, что они пришли на работу. Мой отец был директором леспромхоза двадцать девять лет. У нас всегда был огород, коровы, теленок, бараны, утки. Мы – трое сыновей, каждый из нас получил образование. Моя мама пока не заболела, до семидесяти девяти лет корову держала и огород, и никогда наемных работников не было. Работали мы, а потом наши дети. Такой принцип был.

Мама нам хлеб выпекала, молоко еженедельно каждому из нас отправляла. Мы же обеспеченные люди, мы можем все это купить, а для мамы кого-то нанять. Но нет. Нельзя. Поэтому как человек, который трудится, может быть бедным? Если дома сидишь, ничего не делаешь, конечно, бедным будешь.

В заключение Минниханов рассказал, что на вопросы незнакомых с ним людей о том, кто он, он отвечает, что является мелким бизнесменом, который занимается производством кирпичей.

— И кем же вы себя ощущаете?

— В этом кабинете — главой. А в лесу — сыном лесника.